стихи‎ > ‎

триптих

По/решить! – звенело. Значило: махом, мигом. Не руби с плеча – говорят, и врут. Ибо только с плеча и рубится. А коли не по плечу, так и не прицеливайся – не приценивайся, коли не по карману. Стоит ли звон грошей?

Звенело. Звонил, звал. Отзывалась позёвывая – мол: рано, мол: спится ещё. Не решилась! – решал – рычал – зверел. Не звонил – мол: зри и зрей. Заручал временем.

*

Только вдруг – так звонко! – будто из горного хрусталя – родником – на самом родном – на пронзительно ясном – заголосило!.. Будто будило: будь же уже! – будь то счастье ли, горе – било ключом: будь! – ибо всё остальное… – да забудь ты про всё остальное!..

Будь со мной… – сорвалось мимолётно… но (меньше всего ожидалось – от него, от себя) – обречённо слишком – слишком явственно неисполнимо: будь со мной. Я запомню (я знала уже тогда), как идёт ему каждый изгиб моего запястья – на фоне вечера, дня ли, зимы ли, весны… на фоне любой не/погоды… Запомню и каждый фон. Остальное – забуду.

*

Я смотрю на него. А за ним – то ли пустыня, то ли степь – соломенной выжженности даль, скупо краплёная блёклой бирюзой зелени. Ленивая, сонная, долгая-долгая-даль… а над ней синева – пронзительно ясная! Здесь ветры сходят с ума от свободы и жажды. От безвольной тоски по чему-то крамольно нездешнему – и чтоб непременно здесь. Они рыщут голодные и одичалые, их недолгие радости – миражи.

Я смотрю на него. В наших краях другая стихия. Белая, чуждая, ледяная.  Наши просторы – молчат ли, воют – дышат иначе. Иначе в наших снегах дышать не долго. Но есть безнадёжно общее: синева. Её ни с чем не спутаешь, ничем не подменишь – синева только льду и пламени ведомая. Её невозможно вынести. Ею можно только отравиться. Или отравить. Ослепить или ослепнуть. Главное – не отводить глаз.

Я смотрю на него. Я его не слышу – я знать не хочу, о чём он – мне дела нет, как нет в Антарктиде фикусов и обезьян. Между нами зияющий тартар – глубиной в бесконечно-куда-то-вниз, шириною чуть больше шага – но вечно как будто чуть больше.
 
25.07.2008